Пользовательского поиска

« Вернуться на главную   >>   Авторская страница   >>   Новости

 

Татьяна Золотухина. Бар «Апокалипсис» (0)

05.05.2017, Другие авторы

Материал группы МЕТАСИНТЕЗ


- Так что вы хотите мне сказать?


- Ничего.


- Ну, я же вижу, что хотите. Иначе, зачем вы так пристально смотрите на меня уже пять минут?


- Не уверен, что вы поймете.


- А вы попробуйте.


Я сделала глоток черного горького кофе и сморщилась. В баре гремела музыка, по стенам метались цветные пятна крутящихся шаров, в темноте едва проступали лица посетителей, которые в постоянно мелькающих бликах света казались инопланетными. А тот, который смотрел на меня, присев за мой столик, вообще выглядел более, чем странно – лицо отрешенное, с огромными глазами, и неподвижный рот. Мне казалось, что в грохоте музыки я совсем его не услышу – его губы не шевелились. Но каким-то непостижимым образом я слышала его, а он меня.


- Ну, хорошо, попытаюсь объяснить.


Мой странный собеседник сделал быстрый жест рукой, и в его пальцах появилась монетка.


- Вот, смотрите.


- Фокусник, - подумала я. – Сейчас будет разводить.


- Представьте, что эта монетка – человеческая жизнь.


- Допустим.


- Я бросаю монетку вверх, а она падает вниз. Видите?


Монетка упала на стол почти беззвучно – музыка гремела со страшной силой. Я наклонилась над ней и сказала – Решка. И что?


Мой собеседник взял монетку со стола и опять бросил вниз.


- А теперь орел, - сказала я. – Вы ходите сказать, что человеческая жизнь может повернуться и так, и сяк, быть успешной и неуспешной. Все – дело случая. Но вариантов только два.


- Я хочу сказать, что монетка всегда падает вниз, на землю. Понимаете? Так действует притяжение Земли. Жизнь человека и жизнь планеты связаны особой силой – притяжением. Так задумано.


- Но человек уже научился преодолевать земную гравитацию и выходить в открытый космос. Ну, вы же знаете, полеты на Луну…


- Вас дальше не пустят.


- Кто? Американцы? Инопланетяне? – И сама поняла, что порю чушь. Он как будто не слышал моих слов и упорно держался своей темы.


- Я не об этом, - вздохнул он.


- Но вы же говорите о силе гравитации.


- Я говорю о любви. Притяжение – это любовь. Но человек не любит Дом, в котором живет. И пока он не научится любить свой Дом…


- Так вы об экологии? Вы – представитель «зеленых»?


- Я же сказал, что вы не поймете.


- Но я хочу понять.


- Тогда вспоминайте.


И тут он буквально впился в меня своими бездонными глазищами. Я вздрогнула от неожиданности. В его глазах был космос. Огромный, глубокий, бесстрастный. Но расширенные зрачки сверкали страстным желанием объяснить мне что-то. Все мое тело натянулось, как струна, и зазвучало. Стены бара, его посетители и мой странный собеседник уплыли в никуда.


- А ведь я знаю вас, - сказала я тихо. Память раскрывалась, как старинная книга, с шелестом, с забытыми запахами, с текстами, начертанными вечным пером. – Мы встречались раньше.


Он молчал и, не отрываясь, смотрел в мои глаза. Его космос соединялся с моим.


- Созвездие Лебедя. Белый гигант Денеб, альфа Лебедя. А потом галактика Фейерверк. Мы наблюдали рождение сверхновых. Потом мы переместились на 16 Лебедя – тройная система с двумя звездами. Жизнь на одной из планет. Иная форма жизни. Очень странная…


- Кристаллическое сознание. Одно из высших форм сознания в мироздании.


- Да… Оно тогда вошло в меня. Как вспышка. Как знание. Зачем?


- Чтобы принести это знание сюда.


- На Землю?


Страница перевернулась, и я увидела, как вхожу гигантским сгустком электромагнитного поля в сердце Земли, которая еще не имела физической формы. И как разворачиваюсь в этом сердце, сливая себя с рождающейся планетой, передавая ей знание галактического уровня. И тут меня захлестнула любовь такого напряжения и такой силы, что я, физическая, растворилась в ней до мельчайшего атома своего существа.


- Теперь это – твой Дом, - сказала планета.


Когда я очнулась, мой собеседник вставал из-за стола. Теперь я видела, что внутри него полыхает невидимое пламя. Он с трудом удерживал форму.


- Не уходи, - прошептала я. – Я вспомнила. Я строила эту планету…


- Ты вспомнила главное. Ты – Дома. И все вы – Дома. Вы должны это помнить. Иначе… В ваших священных книгах об этом написано. Это не предупреждение и не угроза. Просто констатация факта.


На нем откуда-то появилось что-то вроде плаща, и он быстро пошел к выходу. Дверь распахнулась, и внутрь темного помещения хлынул свет. И он просто растворился в этом свете.


Я выбежала из бара и заметалась у выхода. Никого. На автобусной остановке кто-то сидел. Когда я пробежала мимо него во второй раз, молодой человек сказал мне – Сядь.


Я села. Лицо юноши было прекрасным, как на итальянских иконах. Он тоже разговаривал со мной, не разжимая губ.


- Он ушел. Долго не может оставаться здесь.


- Я думала, что архангелы не способны существовать в нашем измерении – сказала я.


- Да, не способны. Это была его голограмма.


- Ты тоже архангел?


- Нет, я херувим.


- И тоже голограмма?


- Да. – Лицо юноши светилось изнутри. Мне хотелось прикоснуться к его светящемуся лицу, но я не решилась. Было страшно, что моя рука пройдет насквозь.


Херувим улыбнулся или мне так показалось. - Ты хочешь спросить, зачем мы вам являемся?


- Ну да.


- Время пришло. Вернее, время вышло. Время, отпущенное вашей галактике для выхода на новый уровень, началось и одновременно завершилось. Так работает время квантового мира, в котором все уже произошло. Это новая квантовая реальность. Но в плотных измерениях время еще осталось. Оно используется нами для того, чтобы эта реальность проявилась и здесь, на планете. Мы хотим достучаться хотя бы до некоторых. Понимаешь, всегда есть тот человек, голос которого оказывается решающим. Как в голосовании. Перевес в один голос. Всего один. Поэтому надежда еще есть, хотя время переходит в иное измерение, переливая туда свою энергию.


Мы помолчали. Я не очень-то поняла его слова насчет времени.


- Что он тебе показал? – спросил херувим.


- Землю. Мой Дом.


- Да, это его фишка. Он всем помогает найти свой Дом. Знаешь, в нем, как ни в каком из архангелов, живет чувство Дома. Дома Отца. Откуда он сам родом. Он строит и защищает многочисленные Дома Отца. Поэтому вы изображаете его с мечом и щитом.


- Мы не правы?


- Так вы видите и отображаете события, которые не понимаете.


- Разве Дома Отца не нуждаются в защите?


- Бога невозможно защитить мечом и щитом. Их защита – слово и свет Бога.


Мы опять помолчали. Моя голова вмещала сейчас целую галактику и была неспособна думать.


- Мне пора, - сказал херувим. – И тебе тоже. Тебе пора вернуться Домой, раз уж ты нашла его в себе.


- Я увижу тебя еще раз?


- Конечно. Не удивляйся, но когда ты придешь Домой, я уже буду там. Потому что в каком-то смысле (вы называете его метафизическим) твой Дом - и мой Дом. Ибо в Доме Отца домов много, но все это один Дом…


И он растворился как раз вовремя, потому что из бара «Апокалипсис» с хохотом и громкими разговорами выкатилась группа молодых людей, которые засвистели вслед проезжающему такси. Такси остановилось, поглотило шумную компанию и исчезло в ночи. Думаю, что они тоже спешили по домам. По своим, разным.


Мне хотелось крикнуть им вслед, рассказать им о нашем общем Доме, но я сдержалась. Была ночь, была неоновая вывеска бара «Апокалипсис» и ни одной живой души вокруг.


 


Татьяна Золотухина


Вы должны быть авторизованным пользователем, чтобы оставлять комментарии.




Rating@Mail.ru